Самое оживленное место ночью — открытый кинотеатр. Здесь показывают два фильма за сеанс, в основном старые боевики. Тишину то и дело разрывают выстрелы киногероев и неистовые крики темпераментных зрителей, которые занимают не только скамейки, но и ветви деревьев и высокие соседние крыши. Впрочем, это не мешает бездомным спать неподалеку, на пыльных тротуарах у тускло, мерцающих витрин.
И, наконец, есть в городе река — свободная в разливе, с выгоревшей саванной на другом берегу, зелеными топкими островами, длинными долблеными лодками, редкими катерами и старомодным паромом.
Это Нигер — третья после Нила и Конго река африканского континента. На ее берегу и раскинулась столица Республики Нигер, город Ниамей.

Итак, март 1964 года... Еще только идут разговоры о залежах урана, скрывающихся в недрах нигерской земли, еще не пришла пора связанного с добычей урана бума... Тихая, затерянная бог знает где африканская глубинка — таким предстал перед нами Нигер. Нет еще и дипломатических отношений между нашими странами, и мы прибыли в Ниамей как туристы. Первые советские туристы...
Сорок тысяч жителей жило в ту пору в Ниамее, из них несколько тысяч французов. Сорок градусов в тени, абсолютная сушь большую часть года и жестокие ливни в период дождей.

Над Ниамеем бархатно-черное, небо. Оно и ночью душное, теплое, как и земля окрест, истосковавшаяся по дождю, как и река, что течет меж холмов, не давая знать о себе ни дыханием ветерка, ни малейшей прохладой.
Сухой сезон отступит еще не скоро, а единственный дождь, который грозит пролиться на землю,— это звездный. Густая золотистая бахрома звезд окутывает края небосвода и ниспадает к самому горизонту — словно вот-вот брызнет сверху поток желтых искр.
Но звездный дождь погаснет под утро, и выжженная саванна будет медленно просыпаться в красноватых всполохах африканской зари. Отблеск ее буйных красок сохранится и днем — здешние почвы будто впитали в себя жар солнца, перемешав его с песками пустыни.